К 75-летию со дня рождения народного артиста Туркменистана Акмурада Чарыева: несколько интересных страниц из жизни юбиляра

2 месяцев назад 34

О том, как Акмурад Чарыев чуть было не стал бухгалтером

Солист-инструменталист высшей категории, Акмурад Чарыев родился в небольшом селе Кельата под Бахарденом, в котором никто из односельчан не играл на дутаре. Наверное, это село было единственным в своем роде. Впрочем, дутар был в сельской библиотеке, но не как рабочий музыкальный инструмент, а как «музейный» экспонат. Библиотекарь с большой неохотой разрешала мальчику играть на нем: вещь дорогая, как бы не сломал.

Неугомонный школьник прикасался пальцами к струнам, и они пели о склонах голубых гор, о закате, окрашивающем небо в розовый цвет, о родном, красивом селе, где живут его друзья. Может быть, мальчику лишь казалось, что мелодия, исходящая от струн дутара, рассказывала о том, что ему хотелось слышать. Ведь у него не было учителей, да даже слушателей не было.

Возможно, Акмурад Чарыевич пошел бы по стопам своего отца и стал бы бухгалтером, однако произошел нереально волшебный случай – в их село приехал представитель из Туркменского государственного музыкального училища для отбора музыкально одаренных детей. Если бы этот факт описывался в художественной литературе или показывался в кинофильме, наверняка, читатель или зритель сказал бы: «Так в жизни не бывает». Но, оказывается, бывает, и Акмурад стал студентом музыкального училища.

Акмурад Чарыев — аккомпаниатор самого Сахи Джепбарова

Многие музыканты мечтали аккомпанировать легендарному бахши Сахи Джепбарову. Но ходили слухи, что попасть к нему в аккомпаниаторы практически невозможно. Он был очень взыскателен к тем, кто выступал с ним и подбирал для себя музыкантов ни по протеже, а по собственному убеждению.

После окончания музыкального училища Акмурад Чарыев работал в филармонии, где работал и Сахи Джепбаров, затем перешел в Государственный комитет телерадиовещания, куда нет-нет захаживал Сахи Джепбаров. «Большой человек!», — говорили о нем музыканты. В 1966 году 19-летний юноша Акмурад Чарыев был дутаристом в оркестре народных инструментов под управлением Чары Тачмамедова. Однажды Сахи Джепбаров подошел к нему и предложил работать вместе.

— Это было неожиданно, престижно и тревожно, а вдруг, не потяну, — вспоминает Акмурад Чарыевич. – Но отказать такому человеку я, конечно же, не мог. Музыкант-инструменталист и аккомпаниатор – профессии совершенно разные. Сначала я стал учеником Сахи Джепбарова.

— Когда играешь, — обучал он меня, — получай удовольствие от своей игры, а потом поделись удовольствием со слушателем.

Когда бахши поет, он, словно летает, и ему нужны крылья. Крыло бахши – аккомпанемент. У меня два аккомпаниатора – ты и гиджакист Ата Авлиев. – Если одно крыло поднимется выше другого, я не смогу плавно лететь.

Вскоре из ученика я превратился в друга. Мы проработали вместе 11 лет, до кончины большого мастера. И все эти годы я был все равно что на службе в армии. Сахи Джепбаров был очень четким, принципиальным человеком и требовал от окружающих того же. Если он назначал встречу, опоздать на нее нельзя было ни на минуту. Он никогда не повышал голоса, даже не делал замечаний. Мог только сказать: «Поработай над этим местом получше».

Он умер 22 июля в возрасте 77 лет, а за 2 месяца до кончины выступал с концертом. Мы с Ата Авлиевым аккомпанировали ему.

Как Акмурад Чарыев снялся в кинофильме «Тайны мукамов» 

В 1972 году народный артист СССР Алты Карлиев ставил художественный кинофильм «Тайны мукама». В то время это стало самым крупным событием в культуре Туркменистана. В постановке фильма были сосредоточены самые лучшие силы: музыку написал Нуры Халмамедов, на роль Каркары – первой туркменской женщины-бахши – приглашена Лиза Караева. В качестве консультанта по музыке Алты Карлиев пригласил Акмурада Чарыева. Актеры не владели игрой на дутаре, поэтому надо было обучать их правильно держать инструмент, следить за движением кисти, причем довести движения до автоматизма. В обязанности Акмурада Чарыева входила подготовка актеров к турниру на лучшего бахши.

— В какой-то момент, — вспоминает Акмурад Чарыевич, — Алты Карлиев внимательно стал разглядывать во мне актера на роль Доврана-бахши.

— Да это же твой образ! – воскликнул он, наконец, обращаясь ко мне.

— Я — музыкант, а не актер.

— Здесь музыка выше актера, — отпарировал Алты Карлиев, дал текст и отправил меня к гримеру.

И, тем не менее, при съемке сцены смерти Доврана, режиссер сказал мне: «Сделай так, чтобы все плакали, когда тебя убивают».

Так я стал актером. Меня часто спрашивают журналисты: «Понравилось сниматься в кино?». Конечно, понравилось. Фильм воспринимается по-другому, когда видишь себя на экране.

Открою вам секрет: скоро должен выйти фильм «Хаджи голак» с моим участием.

Лишних знаний не бывает

— Кое-кто удивляется, когда узнает, что я – киноактер. Но он еще не знает, что я – филолог. В 1965 году, когда я окончил музыкальное училище, так как высшего музыкального учебного заведения в Туркменистане еще не было. А мне так хотелось иметь высшее образование, и я поступил на филологический факультет Туркменского государственного университета. Когда я окончил филфак, открылся Туркменский государственный институт искусств. Я подумал: «лишних знаний не бывает» и окончил институт по классу дутара. Это все потому, что я люблю учиться.

С дутаром — по свету 

За свою жизнь Акмурад Чарыев много гастролировал. «Мы с дутаром побывали практически везде, за исключением Китая», — любит говорить он. И действительно, звуки дутара ласкали слух французов, американцев, англичан, болгар, иранцев, населения многих арабских стран.

— Интерес к национальной музыке с течением времени не пропадает, — комментирует Акмурад Чарыев. – У нас – дутар, у русских – балалайка, у казахов – домбра, и так – у каждого народа. Незабываем для меня первый в моей жизни фестиваль «Искусство народов СССР в Париже», который проходил в 1972 году. В нем приняло участие 250 музыкантов. В течение двух месяцев мы дали 68 концертов. Я выступал на фоне большого туркменского ковра. Во время игры нет-нет поглядывал в зал, чтобы понять, как воспринимают мою музыку слушатели. И по их реакции я пришел к выводу – национальная музыка понятна без перевода.

Акмурад Чарыев — халипа

В аудиторию Туркменской национальной консерватории им. Маи Кулиевой, где мы брали интервью у Акмурада Чарыевича, вошел студент Тойли Чарыев с дутаром. Мы познакомились: Тойли поступил в консерваторию после окончания Марыйского музыкального училища им. Еламана Хуммаева. В настоящее время он – первокурсник, но уже стал любимым учеником народного артиста Туркменистана Акмурада Чарыева.

— Мне бы хотелось, чтобы у меня с Тойли сложились такие же отношения, как когда-то у нас с Сахи Джепбаровым, — признается Акмурад Чарыев. — А вообще мои ученики работают во всех велаятах страны, многие из них обучают детей игре на дутаре. Так что профессиональная игра на дутаре имеет продолжение по всему Туркменистану.

Акмурад Чарыев — мукамчи (композитор)

Солист-инструменталист Акмурад Чарыев — автор музыки к 60 песням, которые звучат по телевидению, на концертных площадках Туркменистана. Среди них такие известные и любимые в народе песни, как «Аркадаг» на слова Героя Туркменистана Гузель Шакулиевой и «Халкын Аркадаглы заманасы».

Кстати, когда наша страна обратилась с заявлением в ЮНЕСКО о включении дутара в список всемирного культурного наследия, к заявлению была приложена запись песни «Про дутар», написанной Акмурадом Чарыевым на слова Гельды Бяшимова.

Когда же туркменистанцы получили свидетельство ЮНЕСКО о признании дутара достоянием мировой культуры, хор из 100 человек исполнил песню «Про дутар» на праздновании этого радостного события.

— Я с замиранием сердца слушал эту песню, — вспоминает Акмурад Чарыевич. — Гордость и счастье переполняли меня за весь наш народ, который создал уникальный музыкальный инструмент дутар, ставший неотъемлемой частью моей судьбы.

Таджикистан и страны ЦА обсудили возможности развития туризма

Читать всю статью